Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: рассказы (список заголовков)
23:11 

Пусть будет и тут тоже

Я гуляю по проспекту, мне не надо ничего - я надел свои очки и не вижу никого!
Один день из жизни мага, часть 1.

Знакомство.

Жил был на свете маг. Очень молодой и очень начинающий, но все-таки маг. Жил он на Земле, в городе Санкт-Ленинграде, каждый день ходил на самую обычную работу, снимал самую обычную комнату, получал обычную среднюю зарплату и выглядел как обычный, скромный серенький человечек. Маг любил серые вещи, потому что они делали его незаметнее. Ему очень не нравилось, когда его замечали. Обычно у него прекрасно получалось прикидываться серой мышкой или ненужной ветошью в темном поросшем паутиной углу, так что люди, едва зацепившись за его фигуру взглядом,тут же отворачивались, решив, что ничего интересного не увидели. Но иногда попадались такие, которых было труднее провести. И отделаться от их внимания не получалось, как ни старайся и как серый морок ни наводи. Так у него появлялись друзья. Редко, но метко. Магичил он чаще, чем заводил друзей, но тоже не каждый день. Во-первых, времени на это было мало, а во вторых он мало умел. Способности у него были изрядные, но не развитые. Учить его никто особенно не учил. Не потому, что в городе больше не было магов. Просто им было некогда пестовать подрастающих "волшебников". Продвинутые маги занимались бизнесом, заводили семьи, ездили отдыхать за границу, покупали квартиры, строили дачи. Иногда они собирались и, как это у них называется, практиковали. Но молодым недоучкам было туда не попасть. Впрочем, наш молодой маг все таки дружил с одним мудрым и старым Учителем. Учитель был странным даже для мага. Целыми днями он сидел в своей мастерской и рисовал. То разноцветный круг нарисует, то высококлассный пейзаж забабахает. А то решит, что ему надо летящий самолет написать или Иисуса с Богородицей, запрется в своей мастерской, телефоны отключит и не достать его. И что ни спросишь, на все отвечает:"Суета это все, суета".
И дальше картины рисует. Иногда, конечно, он выныривал из своего глубокого творческого омута и принимался учить молодого мага разным полезным штукам. Молодой очень радовался и тут же старался применить узнанное на практике. Как типичный восторженный маньяк-недоучка, которому неймется проверить, что же будет, если со всего маху бабахнуть по собственному пальцу молотком. А силы у молодого мага было хоть отбавляй. И бабахал он со всей дури.
Если вы думаете, что быть магом круто, то вы ничего не понимаете. Если вам кажется, что вы понимаете - вы тем более не понимаете. Нашему молодому магу больше всего хотелось быть "обычным", но диагноз собранной по этому поводу коллегии оказался неутешителен - это ему не светило. Два информационно-энергетических вихря, пробудившиеся в результате тяжелой морально-психической травмы это вам не хухры мухры. И загасить их обратно никак нельзя, коли уж они открылись. А проходят они прямо сквозь тебя. И передают столько всего, сколько ни один компьютер не передаст.
Быть магом - значит быть не таким как все. И если вы опять думаете, что поняли, то вы не поняли. "Да все же живут как-то, и я буду как-то! Все так делают! Да у всех так! Да все... (выходят замуж, рожают детей, курят гашиш, бухают по пятницам, красят бороды, пишут на стихах.ру - нужное подчеркнуть)" - эта отмазка больше не катит. Спрятаться за широкую народную спину не выйдет. Изволь сам, дружок, думать, а на других смотреть нечего и сучья у них в глазах искать тоже не стоит. Сам мой хороший, все сам. На то ты и маг.
А что не так сделаешь - огребешь от великого Космоса подзатыльник. Уже решил, что ты особенный и тебе как-то особо повезло? Ха-ха-ха. Не могу, ну ты и наивный. Никакой ты не особенный. Просто другой. То, что работает для других - для тебя не прокатывает. И ты вынужден изобретать велосипед, каждый день. Положим, себе ты это смог объяснить. А вот объяснить другим, почему ты не можешь делать так же как они, у тебя не выйдет.
Вы понимаете, какая это трагедия? Маги поймут.
Наш молодой маг еще не догадывался, насколько серьезно он попал. Чувствовал, но не догадывался. Он наивно хотел интересную работу, семью, катушку пленки AGFAPHOTO400 и объектив Юпитер 37-А для фотоаппарата Зенит.
И самое опасное - иногда у него обнаруживалась тяга творить добро. Вам уже смешно, а зря. Он то ведь это серьезно. О том, что ничего из этого ему не светит, а особенно пункт 2, я бы не говорил. Но поухмылялся бы точно.
Скептически. Маги догадаются, почему.
Итак. Вы еще читаете? Тогда вы наш человек. Что ж, оставим вас наедине с нашим молоденьким магом. Вы только над ним не смейтесь, он ранимый.


читать дальше

@темы: эзотерика, рассказы, рассказ про мага, молодой маг, магия, жЫзнь, Философия, Творчество, Литература, Креатив

19:20 

lock Доступ к записи ограничен

Я гуляю по проспекту, мне не надо ничего - я надел свои очки и не вижу никого!
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:01 

Мастер

Я гуляю по проспекту, мне не надо ничего - я надел свои очки и не вижу никого!
Я проснулась, как и всегда, довольно поздно. Об этом свидетельствовала тяжеловатая атмосфера вокруг меня, спертый воздух в комнате, и абсолютная тишина в квартире. За окном стояла мрачная, ненастная погода, и небо заволокло тяжелыми, металлического цвета тучами. Изредка на полуголые деревья налетал сильный порыв ветра, и их ветви прогибались под ним, едва не ломаясь. Я нежилась под теплым одеялом, и все происходящее за окном было для меня сродни скучной картине, которую показывают по телевизору.
Первым делом, когда я просыпаюсь, я всегда ищу свой мобильный телефон , дабы узнать, сколько сейчас времени и как долго я проспала на этот раз. Это утро не являлось для меня исключением - рука моя скользнула под подушку и пальцы нащупали корпус устройства. Вытащив телефон на свет, я сощурилась, дабы разглядеть на дисплее время, и тут чертыхнулась про себя. Дисплей ничего не показывал - вероятно, телефон разрядился ночью. Вот досада! Мне было невыразимо лень слезать с кровати и искать зарядное устройство , поэтому я откинулась обратно на подушки и просто стала смотреть в белый потолок. Наконец , и это мне наскучило, а сон больше не шел. Глубоко и сладко вздохнув, я перевернулась на бок и вот тут заметила кое-что необычное.
Обычно тусклый, пыльный ковер, покрывающий паркет моей комнаты, теперь щеголял яркими красками, я лежала на поразительно свежих простынях; одеяло тоже было как будто вчера соткано. Темно-синие шторы , казалось, полностью обновились и отяжелели. Обычно открытый настежь шкаф с одеждой был закрыт, а из замочной скважины аккуратно выглядывал изящный посеребренный ключик, потерянный очень давно. Я в изумлении села на кровати и почувствовала, как внутри у меня расползается что-то холодное и леденящее душу - наверное, будет правильно назвать это страхом.
Мне нравился новый вид моей комнаты, мне нравился найденный кем-то ключ, идеальная чистота ковра, то, как в шкафу, по алфавиту были расставлены мои книги – та огромная библиотека, которой я располагала и которую никак не могла распределить в шкафу должным образом.
Медленно, как будто боясь чего-то, я свесила ноги с кровати и осторожно ступила на ковер, который и на ощупь был не такой как всегда – не жесткий и липкий, а мягкий …. Такой, что хотелось ходить и ходить по нему босиком. Дверь в коридор была чуть приоткрыта, и я с легкостью выскользнула наружу в одной ночной рубашке.
И тут меня тоже все поразило своей просто мистической чистотой, аккуратностью и странным , сладковатым запахом в воздухе- как будто квартира сплошь была усеяна какими-то цветами.
- Интересно…- протянула я. Сказанное мною слово пронеслось по пустой квартире, и я слегка вздрогнула. Было так тихо, что мне волей-неволей становилось сильно не по себе. Мое пианино блестело идеально черным покрытием, на крышке не было даже намека на скопившуюся пыль, хотя обычно она постоянно здесь собирается, и даже если протирать пианино каждый день- пыль все равно соберется не позже чем через сутки. Подумав, что наверное мой отец снова затеял генеральную уборку, пока я спала, я отправилась на кухню, по пути продолжая размышлять о происходящем.
« Как это так- думала я, морща лоб и дотрагиваясь пальцами до висков- Как это так вышло, что я ничего не заметила и не услышала? Выходит, спала как убитая…» Но для того, чтобы так все убрать в моей комнате, надо было пропылесосить ковер, вытащить из шкафа все книжки, снова разложить их, вытереть везде пыль.… Нет, я бы однозначно проснулась! Чертовщина какая – то, ей богу.
На кухне царила все такая же пугающая чистота. Кафельный пол был натерт до такого невообразимого блеска, что я едва не увидела там свое отражение. Раковина, плита, посудомоечная машина отражали своими блестящими гладкими поверхностями полумрак квартиры. Убеждая себя в том, что все прекрасно, замечательно и довольно таки обычно, я потянулась к выключателю. Послышался щелчок, глухим эхом прокатившийся по квартире, но свет на кухне так и не зажегся.
Иногда бывает такое, что в Москве выключали в каком-нибудь одном доме электричество и часа два-три люди сидели без света, телевизора и Интернета. Вот и мне тоже это грозило в полной мере. Ну, ничего. Нет электричества- и шут с ним- напьюсь холодной воды из чайника. Но тут меня ждал еще один сюрприз- теперь уже приятный : в чайнике была горячая вода! Выходит, свет отключили совсем недавно. Налив себе горячего чаю, я уселась на стул, положила ногу на ногу, и подперев кулаком щеку ,отпила немного ароматной жидкости из чашки. К слову сказать, шторы на кухне тоже были завешены – и мне это начинало нравиться. По мере того, как горячий чай согревал меня изнутри, я окончательно убеждалась в том, что все идет как обычно - электричество скоро включат, отец и брат вернутся, и я ради интереса спрошу у них- как они умудрились провести уборку в квартире так, что я ничего не слышала.
Начиная уже привыкать к пугавшей меня тишине, я отправилась осматривать квартиру. Зеркала начищены до блеска, ковры пропылесосены, пыль везде вытерта.… Но вот только, оказалось, что дома вообще никого нет, кроме меня. Сколько же было времени? Но нигде я не могла найти ни одних часов- а если и находила какие-то, то они неизменно не работали и все почему-то показывали двенадцать. Подивившись таким совпадениям, я остановилась на одном месте и снова принялась думать. Может быть, я вообще сплю, и мне это все только снится? Очередной странный сон о странной жизни! Я как будто раскололась на две половины: одна считала, что на все это нужно закрыть глаза, что это все сон и не больше, да и вообще, что тут странного? Подумаешь, чисто в квартире и никого нет дома? Такое случается в жизни обычных людей сплошь и рядом! Вторая же половина была уверена в том, что это не сон, а самая настоящая явь, и что здесь определенно что-то не так, скорее всего замешана мистика. Ха. Быть не может такого! Я заправила за ухо прядь собственных волос и отправилась обратно в свою комнату. Надо включить компьютер, выйти в сеть и все встанет на свои места…ах да, у меня же нет электричества! Я почувствовала себя в высшей степени одиноко , и легкое раздражение желчью разлилось по моей душе. Что, скажите на милость, я буду делать без сети! Ну ладно, придется почитать- не в первый раз уже.
Вот я вошла в комнату. Вот окинула ее беглым взглядом и…я поднесла руку ко рту, во все глаза глядя на свою идеально застеленную кровать, которую я не трогала! На покрывале алели красные, словно кровь, розы. У меня сложилось такое впечатление, что они выросли в каком-то необычном саду, что они выросли на крови – так прекрасны были эти цветы. Их зеленые листья поражали своей сочностью, и на них…о чудо, на них маленькими капельками поблескивала роса! Некоторое время я никак не могла решить, какое из двух чувств преобладает во мне- страх или восторг? Пару раз изумленно моргнув, я села на краешек кровати и некоторое время просто не отрываясь смотрела на цветы. Откуда? Что происходит? И почему именно красные розы? Не зная зачем, я решила пересчитать цветы. Их было много, и мне хотелось понять- сколько именно? Да и потом это займет меня на некоторое время, и я успею привести свои мысли в порядок.
Побледневшие от волнения пальцы принялись перебирать сочные стебли. Теперь понятно, что за запах я почувствовала, выйдя в коридор. Пахло розами. Этот аромат кружил голову и отгонял всяческие страхи, которые так и норовили завладеть рассудком.
- Двадцать один, двадцать два…- беззвучно произносила я – Двадцать семь, двадцать восемь, двадцать девять, тридцать….
Все. Роз было ровно тридцать. Я пересчитала цветы еще раз- то же самое. Четное количество кроваво-алых роз на моей постели!. Но на этот раз мне почему-то не стало страшно. Надломив один из цветов, я положила его на стол, а для остальных двадцати девяти отправилась икать вазу.
Когда розы наконец устроились в вазе, я прислушалась к тишине в квартире и громко спросила : «Кто здесь?». Квартира ответила мне гробовым молчанием. Я наверняка бы сошла с ума от страха, если бы не эти странные розы, чей аромат действовал на меня сродни успокоительному средству. Мной овладело смутное чувство, что скоро должно произойти что-то очень, очень для меня важное, и я должна быть к этому готова. Поэтому я невесть зачем, отправилась умываться.
Зеркало отразило мое слегка побледневшее от волнения лицо, горящие, позеленевшие от интереса глаза и светло пепельные волосы. Вообще-то я всегда красила их в темный цвет, но сейчас мне казалось, что они давно уже отросли- только я об этом забыла. Умывшись и вытерев чистым, свежим полотенцем лицо, я отправилась одеваться. Мое домашнее, темно сиреневое платье тоже казалось мне не таким, как всегда. Все в этой квартире изменилось, все было каким-то другим. Но я никак не могла понять, что именно изменилось. Почему так особенна эта тишина, почему все цвета сделались ярче, откуда взялись на моей постели розы? Последнего было никак не объяснить. Звук моих шагов гулко разносился по квартире. Я никак не могла сесть наконец на кровать, или хоть куда-нибудь- и отвлечься от странных мыслей. Предположения, одно другое абсурднее, роились в моей голове, словно потревоженные пчелы. Но у меня было смутное чувство, вернее, я была почти уверена, что сейчас должно случиться нечто неординарное. Размышления мои были прерваны громким звонком в дверь. Правда, это больше напомнило мне звонок в театре, оповещающий о начале спектакля. Что же, начинается первый акт пьесы. Вернее, уже второй.
Услышав звонок, я сначала испугалась той резкости, с которой он прорезал тишину. Но затем мне подумалось , что это наверняка брат, отец или сестра- словом, кто-то из родственников. Невероятное чувство радости охватило меня. Мысль о том, что я сейчас увижу родные лица, наполняло меня до краев жгучим чувством восторга. Как я буду рада, если все встанет на свои места! Увы, человек всегда боится перемен, что бы они ему ни сулили. Я быстро кинулась к двери, и была настолько уверена в своих предположениях, что даже не посмотрела в глазок. Отодвинув щеколду, я распахнула дверь , и тут моему взору предстал совершенно незнакомый мужчина.

Он стоял на пороге моей квартиры. Я никогда не видела его раньше, но едва бросив на него первый взгляд, я подумала, что он поразительно сочетается с той таинственной атмосферой, которая витала сегодня здесь. Во-первых, создавалось впечатление, что он очень редко бывает на солнце. У него были темные , коротко остриженные волосы, очень яркие по своему цвету и выражению глаза ( совершенно черные, как сама ночь) и бледная, словно мрамор, кожа. Его нельзя было назвать красивым- высокий лоб, правильный точеный нос, слишком уж резкие черты лица – но было в нем что-то, притягивающее взгляд. Он был среднего роста, всего на пару сантиметров выше меня. Одет он был в такой чудной костюм, что мне сразу припомнилась эпоха Людовика Четырнадцатого . На мужчине были черные высокие сапоги до колен, черные штаны, белая рубашка и жилет. На плечи было накинуто что-то вроде пальто, темно-алого бархата, но впрочем это больше напоминало плащ. Плащ у него был расшит разными замысловатыми узорами, возможно вышивка была выполнена серебряными и золотыми нитями, но так как я не разбираюсь в моде восемнадцатого века- судить не берусь, а лишь предполагаю.
Незнакомец окатил меня долгим, внимательным взглядом, по которому сразу стало ясно, что он не ошибся квартирой, а пришел именно ко мне. От атмосферы, исходившей от него, по моей спине пробежались холодные мурашки. Этот человек пугал меня, но мне в то же время не хотелось, чтобы он ушел. Я предпочла бы, чтобы он остался. Мужчина стоял за порогом и видимо чего-то ждал. Я молчала. Наверное, стоило тут же захлопнуть перед его носом дверь, но я была движима непонятным чувством интереса и предвкушения чего-то важного. Я ничего не сказала ему, но внутренне дала ему согласие переступить порог моей квартиры. Лишь только я об этом подумала, он сделал шаг вперед. Входная дверь снова захлопнулась. Я осталась наедине со своим странным посетителем. Теперь я точно знаю, что он не вошел бы без приглашения ! Он вообще бы не пришел, если бы я его не позвала.
Часто, возвращаясь вечером домой, я слушала музыку в своих наушниках, смотрела в небо и чувствовала, как моя душа рвется наружу. Как мной овладевает непонятное чувство , как будто я хочу видеть кого-то, но не знаю, кого именно. Смутная тревога жила в моей душе. Мне плохо спалось по ночам, я любила стоять у окна, глядя в беспросветную даль, звать кого-то и чего-то ждать. Иногда суровая жизнь все же втягивала меня в свой водоворот, и я ненадолго забывала о своей тоске, но лишь ненадолго. Потом она снова ко мне возвращалась. Наш человеческий мир часто казался мне таким пустым и безжизненным, что мне хотелось заснуть и подольше не просыпаться. Не сталкиваться с его проявлениями, или сталкиваться с ними как можно реже, по возможности. Мою жизнь нельзя было назвать плохой. Мне позавидовали бы многие. У меня была мать, был отец, даже была мачеха. Был брат, сестра, сводный брат и маленький кузен, с которым я занималась гуманитарными науками. У меня не было недостатка даже в деньгах – мне всегда было, что есть, где жить, что читать и о чем думать. Конечно, не обходилось и без проблем, потрясений и стрессов, но у кого их не бывает? Несчастья, случавшиеся со мной в моей жизни, не заслуживают такого громкого названия. В общем, я жила хорошо. Когда утром я выходила из дома в магазин, часто мне на глаза попадалась наша уборщица- очень немолодая уже женщина, которая, сколько я себя помню, всегда ходила в драных куртках, грязной косынке и дырявых башмаках. Она всегда носила с собой железное ведро, изошедшее ржавчиной. Как она жила? Как вынесла эту серую обыденность? Как у нее хватало сил каждый день убирать один и тот же подъезд, ходить с одним и тем же ведром, видеть перед собой одни и те же лица? Она герой, а я – нет. Меня всегда убивало однообразие. Такие как я всегда обращаются к отвлеченной мечтательности- единственной вещи, которая может украсить их жизнь. Я не уважаю таких людей, хотя сама принадлежу к их числу. Мне очень легко понять, что многие не уважают за это же меня. Поэтому я ни на кого не сержусь и знаю, что они правы. Я старалась не забрасывать реальность - у меня это даже выходило. Но мне все равно снились очень странные сны, я интересовалась литературой, историей, писала стихи, а главным моим хобби были литературные ролевые игры. Создание и раскрытие нового персонажа, нового характера- вот что увлекало меня больше всего. Я жила этими образами. Они окружали меня и воплощали в себе те качества, которыми была наделена и я, в то же время качества, которые я хотела бы видеть, но не видела в других людях. Особенно хорошо у меня выходили образы мужчин. Эти характеры все равно имели сходство со мной, но воплощали в себе те образы, которые я хотела бы видеть рядом с собой в реальности. Один характер сменял другой, третий, четвертый. Частные детективы , мафиози, журналисты, короли, а затем и представители потустороннего мира- я как будто искала тот идеальный образ, который встанет рядом со мной, как величественная тень, и будет следовать за мной всю мою жизнь, давая дельные советы и подбадривая нужным словом. Каждый раз, когда я обращалась к реальности, я не находила в ней ничего, что могло бы как-то возбудить мой интерес к ней. Люди казались мне тусклыми призраками. Я общалась с ними на их же языке. Они не могли распознать во мне того человека, которым я являюсь. Даже мои родители знали меня довольно плохо - за это спасибо Создателю, ибо лучше им не знать, что творится и творилось у меня в голове.
В появившемся на моем пороге мужчине я увидела то самое, чего мне не хватало в жизни. Он излучал ту самую атмосферу, ту самую ауру, которая была нужна мне как воздух. В нем я узнала одного из своих же персонажей. Одного из тех, от чьего имени я писала пространные реплики, от чьего имени я зачастую думала, чувствовала и переживала. У нас с ним было много общего, но в то же время это был наверное, единственный персонаж, сильно от меня отличающийся. Он- это не я, а я- это не он.
Почему-то я не была удивлена его приходом.
- Зачем ты пришел?
Я решилась нарушить молчание первой. Голос мой слегка сел от волнения. А мужчина смотрел все тем же строго-внимательным, пристальным взглядом, но в то же время в нем была мягкая внимательность и как будто даже…участие.
- Ты сама знаешь ответ.
Я улыбнулась. Я любовалась своим созданием. Он был точно таким, как я его написала. У него даже был именно такой тембр голоса- я не изложу этого на бумаге, у меня слишком мало для этого способностей и сил. В нем было и то, что я знала про него только в мыслях и что я никогда не переносила на бумагу. Как-никак, персонаж понятен до конца только Мастеру – остальные видят лишь представленный Мастером эскиз.
- Ты звала меня - я пришел. У тебя все равно нет пути назад.
Он слегка прищурился и взял меня за руку. Она была холодна словно мрамор, но прикосновение этой руки согрело меня , словно теплый бархат. Я подалась вперед и обняла его за талию. Я знала , что это существо не принесет мне никакого вреда. Он был для меня очень родным, ведь я сама его придумала. Я глубоко вдохнула исходящий от него запах. Аромат другого мира. Мира, придуманного мной. Вернее даже, не придуманного, а того , о существовании которого я всегда знала. Подняв на свое создание взгляд, я тихо спросила его :
- Поэтому ты принес мне тридцать роз? Потому что назад дороги нет?
- Ты все знаешь, Мастер.
- Не называй меня так.
- Хорошо, как скажешь.
Он снял с себя бархатный плащ, расшитый ( теперь я точно это знаю) золотыми и серебряными нитками , накинул его мне на плечи – и тут я заметила, что на его пальцах поблескивают драгоценными камнями разномастные перстни. Эту деталь я тоже прописывала…даже несколько раз, видимо, чтобы лучше ее запомнить. Теперь моя квартира показалась мне лишь смутным призраком, очертания которого начинают таять в воздухе. Неизменным оставался только мой персонаж, я и тот мир, в который мне суждено уйти. Видимо и впрямь, каждому по вере его. Но не только по вере – я бы, сказала, по размаху воображения. Сейчас я уже перестала воспринимать его как персонажа. Это была отдельная личность, человек , мужчина. Этот мужчина принес мне тридцать алых роз. И сейчас я стояла в обнимку с ним, осознавая очень важную , неизменную вещь.
- Нам пора – сказал он – Или ты хочешь остаться здесь?
- Ни за что! Я пойду с тобой.
Он широко улыбнулся, так, как будто с его души только что упал камень. Я явно разглядела, как едва показались кончики пары острых клыков. Видимо, я ему дорога, раз он пришел сюда. Но может, это только моя фантазия. Я же не знаю, что он чувствует, глядя на меня ,и что значит для него мое согласие.
- Ты все знаешь – лукаво ответил он, и я вздрогнула. Ах да, я совсем забыла, что ты умеешь читать мысли , мое создание!

@темы: Творчество, рассказы

19:50 

Я гуляю по проспекту, мне не надо ничего - я надел свои очки и не вижу никого!
Один день из жизни студента.

Глава1
Я быстро шла по улице, опустив взгляд в асфальт и пытаясь как-то защититься от холодного ноябрьского ветра, продувающего меня насквозь. Москва уже давно проснулась, в переходах стояли попрошайки, слякоть хлюпала под ногами, а из разных киосков и магазинов доносились звуки музыки. Хотя, не знаю, можно ли попсу назвать таким словом «музыка», ибо попса она и есть попса. В переходах метро продавали теплые шапки, повязки на голову, всякие безделушки, серебро, церковная лавка вклинилась где-то между продовольственным киоском и киоском, в котором продавали зимнюю обувь по пятьсот рублей пара. Я как-то раз остановилась около одного из таких магазинчиков чисто из любопытства, да и потом у меня уже начинали мерзнуть ноги в моих осенних кожаных, без малейшего намека на мех, сапожках. Денег у меня особо не было, так, только на еду и книжки, которыми я закупалась довольно основательно. Любопытно было то, что книжки эти никак не относились к литературе, рекомендованной нам в университете, да в университетах наших уже редко что рекомендуют. Не знаю, как в других местах, но про свой университет точно говорю. А еще более смешно, что читаю я не все из того, что было мной куплено. Например, роман Жана Поля Сартра «Стена» до сих пор мной не прочитан, но это успеется. Времени у меня достаточно, если только мне кирпич не упадет на голову, а ,как говорил профессор Воланд, кирпичи никому никогда просто так на голову не падают. Итак, я шла по улице , а вернее по садовому Кольцу, изредка шарахаясь от проходивших мимо прохожих, так как я часто вдруг оказывалась нос к носу с каким-нибудь человеком и для того, чтобы с ним не столкнуться, приходится резко отскакивать в сторону. Притом я еще очень торопилась ,так как на пару я уже опоздала на пятнадцать минут. Не то чтобы я боялась гнева преподавателя, просто мне было как-то неудобно опаздывать, а опаздывала я регулярно. Поэтому мне уже становилось стыдно. Я свернула налево, с каждым шагом приближаясь к желтоватому зданию университета. Дыхание мое сбилось от быстрой ходьбы, сумка постоянно соскальзывала с плеча и повисала у меня на локте, что было не очень удобно. Я прошмыгнула мимо раскрытой двери одного из подъездов , стараясь не поскользнуться на ледяной корке, которая откуда ни возьмись появилась на моем пути. Мой шаг замедлился, я неторопливо преодолела это небольшое ледяное препятствие и остановилась, чтобы немного отдышаться. В ту же самую минуту на крыше дома что-то треснуло ,и прямо передо мной свалился на тротуар огромный кусок льда. Я отскочила назад. «А вот тебе и кирпич на голову»- подумала я , боясь двинуться с места. В самом деле, сколько еще глыб подобного размера готовятся сорваться с крыши этого дома, под которым я стою? Уйти в сторону я никак не могла, ибо справа от меня протянулась зеленая сетка, за которой что-то рыли в земле рабочие. Мне уже красочно представилась картина, как глыба падает на мою голову ,и вот тут то я чуть не запаниковала. Мне вдруг так захотелось жить дальше, что я даже своего опоздания на пару перестала бояться. Закинув сумку обратно на плечо, я в несколько секунд преодолела расстояние, отделяющее меня от калитки , обозначающей вход на территорию университета. Ну вот, теперь хотя бы я вдали от этого страшного дома с глыбами.
Внутренний дворик университета должен был в эту минуту пустовать, так как было уже двадцать минут десятого и все студенты должны были быть на парах. Но может когда-то они все и бывают на парах, но только не в данном случае. Я прошла мимо двух разговаривающих девушек , впереди меня маячила еще одна группа, уже три человека. Они дружно что-то обсуждали, выпуская изо рта сигаретный дым и стряхивая пепел на снег. Среди них я с удивлением заметила нашу преподавательницу, на чью пару я как раз и опоздала. Она преспокойно покуривала свою сигарету и смотрела на собеседницу, вероятно , пятикурснику , которая, быть может, в свою очередь прогуливала занятия.
-Ээ….доброе утро..- вырвалось у меня и я снова остановилась.
- А, Даша, это Вы пришли- преподавательница обернулась ко мне, по-видимому, ничуть не удивленная тем, что я появилась именно сейчас. – Идите на пятый этаж скорее, там Ваша группа смотрит кино.
Сказав это, она снова переключила свое внимание на двоих пятикурсниц, а я в эту же самую минуту как бы перестала для нее существовать. Ну а что делать мне? Преподаватель велит идти на пятый этаж и смотреть кино , и я это распоряжение выполняю. Сдав свое пальто старушке в раздевалке, я кое-как пригладила свои растрепавшиеся на ветру волосы и поглядела на себя в зеркало. Бледное лицо, бледные губы, а взгляд такой, как будто я еще не проснулась. Я вздохнула и направилась к лифту, который должен был отвезти меня на пятый этаж. Зря, конечно, я сюда сегодня приехала, но раз уж так получилось, пойду посмотрю, что за кино поставили для нашей группы.

Глава 2.
Кино на английском языке- вещь чрезвычайно полезная для нас, людей, его изучающих. Ничто так не помогает нам лучше понимать речь иностранцев, мы начинаем лучше произносить слова, что-то новое укладывается у нас в голове, в общем, видеокурс – неотъемлемая часть программы изучения английского языка. Но только в нашем университете, или, если хотите, у нас в стране, на паре по дисциплине «видеокурс» студенты могут изучать грамматику языка, идиоматические обороты и учить новые литературные выражения, а на парах по грамматике английского языка мы почему-то начинаем смотреть фильмы, то есть фактически заниматься видеокурсом. Спрашивается, а может стоить переименовать эти два предмета, чтобы все было на своих местах? Но нет. Вероятно, для нас это было бы слишком скучно.
Эллина Витальевна, наша преподавательница, которую я только что оставила докуривать свою сигарету внизу, могла бы называться учителем только, быть может, с большой натяжкой. Она чрезвычайно любила поговорить, рассказать что-нибудь из своей жизни, послушать о жизни студентов, короче ,пообщаться в волю. И для этой цели она часто выбирала те полтора часа, которые были отведены нам на изучение предлогов, времен, фразовых глаголов и идиоматических выражений, коими так богат английский язык. Мне не раз уже приходилось наблюдать этот процесс общения, и лично я в нем участвовала редко или же не участвовала вообще. Обычно я садилась куда-нибудь подальше, и ,оперевшись локтем о парту, слушала эту милую болтовню. Надо ли говорить, что настал момент, когда мне это в высшей степени надоело и я начала очень редко посещать пары Эллины Витальевны, предпочитая ее болтовне пару лишних часов крепкого сна, а я очень люблю долго спать по утрам. Сейчас же я пришла на пару потому, что Эллина Витальевна с довольно серьезным видом обещала проверить у нас упражнения по фразовым глаголам и ,дескать, если мы их не сделаем, то плохи будут наши дела. Этой фразой она разбавила очередную порцию своего рассказа о том, как мало у нее друзей и как редко она решается довериться хоть кому-нибудь из окружающих ее людей. Надо сказать, иногда Эллину Витальевну было очень интересно послушать, с ней можно было весело поговорить и перекинуться парой шуток. Этой возможностью в полной мере пользовались мои одногруппники, особенно некоторые, тоже любители пообщаться. Что касается меня, то я в общем всегда молчала. Иногда я даже забывала ,о чем идет речь и мысли мои улетали куда-то очень и очень далеко. Но сейчас я слушала повествование нашей преподавательницы с величайшим вниманием, изредка проклиная себя за то, что в очередной раз так ошиблась, придя на пару по грамматике английского языка. Ну ладно. Хотя бы я уже знала, что надо будет сделать те самые упражнения, о которых она говорила и вот сейчас я гордо шла в кабинет на пятом этаже, надеясь, что преподавательница обязательно проверит то, что сама же задала. Но, видимо, кино будет идти до конца пары, да и Эллина Витальевна наверняка вернется в ту же самую секунду, как только прозвенит звонок, означающий начало перерыва на обед, или чуть позже. Эти несчастные три упражнения мы не могла проверить уже добрых три пары. В первый раз, когда я ,сломя голову, бежала на занятие Эллины Витальевны (это было три недели назад) , я опять же опоздала, только на двадцать минут , и очень боялась, что меня не пустят и придется идти в деканат. Писать объяснительную на тему «почему я, студент второго курса 201 ЛА группы опоздал на пару» Но все обошлось – меня запустили и я села в самый дальний угол, приготовившись, однако, отвечать заданные упражнения. И что Вы думаете? Все те 1 час и двадцать минут мы (вернее моя группа и Эллина Витальевна) обсуждали интереснейшую тему «где лучше отдыхать на каникулах» и, разумеется, на родном русском языке. Ну ладно. Чего не бывает в такой интереснейшей штуке ,как жизнь. Я досидела пару до конца, потом следовали по расписанию две другие дисциплины: теория перевода и фонетика немецкого языка. Там преподаватели были не такие разговорчивые и пары проходили , как и должны были проходить. Студенты шелестели своими тетрадями, ручка выводила на бумаге немецкие слова, а язык пытался приспособиться к новому произношению. Надо сказать, что и эти занятия я иногда пропускала, предпочитая им общество какого-нибудь писателя, жившего намного раньше меня или же, как я уже написала выше, сон. Неделю спустя мы не проверили упражнения, потому что Эллина Витальевна решила пройти с нами новую тему, велела открыть книжки на какой-то там странице и читать, а сама ушла в столовую, где ее, наверняка, ждали интересные собеседники и хороший кофе, а еще через неделю пары не было, так как ее почему-то отменили. Но, вернемся к нашему повествованию.
Поднявшись на лифте на пятый этаж, я столкнулась нос к носу с первокурсницей с китайского отделения, однако если посмотреть со стороны ее и меня, то скорее ее можно было принять за студентку курса эдак четвертого, а меня – за первокурсницу. Эта девушка точно училась здесь первый год, я ее видела не раз. Это была студентка китайского отделения, открывшегося в нашем университете только в этом году. Она о чем-то оживленно разговаривала по мобильному телефону, артистично жестикулируя второй рукой, пальцы которой щеголяли длинными красными ногтями. На ней были обтягивающие джинсы, сползающие куда-то вниз, на бедра, кофта с весьма откровенным вырезом, а на шее висело что-то вроде бижутерии. Белые волосы были заколоты наверх, однако несколько тонких прядей выбивалось наружу и спускалось девице на лицо.
- Да ты чё, Ирка!- выдала она, получше прижимая мобильник к уху- Как ты могла такое подумать!
Красные ногти возмущенно взметнулись наверх, и я даже отступила на шаг, чтобы не быть ими задетой. Я собралась продолжить свой путь, а девица продолжала свой разговор с мифической Иркой.
- Ты знаешь, Ир, мне как-то так в лом переться туда- прозвучал ее голос сзади меня – И вообще на практику тоже идти не хочу. Короче скажи этой мымре ,что типа я болею.
Послышался звук открывающихся дверей лифта ,и девица незамедлительно скрылась в появившемся проеме. Когда я свернула по коридору направо, она, вероятно, тыкала длинным красным ногтем в кнопку с цифрой «1». Эта сцена меня ничуть не удивила, мне просто стало интересно, кто же из преподавателей удостоился такого нелестного эпитета «мымра».
Вот, передо мной ,наконец, выросла дверь с номером «530» на ней. Мне сюда.

Глава 3.
В кабинете царило необычайное оживление. Первый длинный стол, протянувшийся от входа в аудиторию до противоположной стены, пустовал, зато места за вторым столом были заняты полностью. На третий же стол, за который почти никогда никто не садился, студенты складывали свои куртки, если ,конечно, они не сдавали их в гардероб. Несколько голов повернулось ко мне, когда я зашла в аудиторию, но поскольку это была всего лишь я, а не Эллина Витальевна Нерсесова, студентки принялись щебетать с удвоенной энергией , не обращая на меня никакого внимания. Единственный молодой человек в нашей группе, по имени Марк, сидел за вторым столом как в цветнике, окруженный девицами со всех сторон. Чуть не каждая девушка просила у него дать ей линейку : наши дамы на паре по грамматике английского языка делали задание по фонетике немецкого языка. Марк ежесекундно был окружен самым что ни на есть пристальным вниманием, да и на мужчину он уже перестал быть похож. Это было что-то такое среднее или мужчина с менталитетом и логикой девушки. Да. Чего только не случается в подлунном мире. Он жеманился и улыбался с какой-то девчачьей кокетливостью и любезно предоставлял студенткам свою линейку. Он был чрезвычайно худощав, носил джинсы на бедрах, из под которых иногда виднелись, пардон, семейные трусы. Молодой человек он был очень добрый, отзывчивый и ,можно сказать, безотказный. У него всегда можно было списать или спросить домашнее задание, если он, конечно, его знал. У него были большие добрые карие глаза, вьющиеся темные волосы и если бы он знал толк в том, как должен одеваться мужчина, то вероятно, был бы очень привлекателен. А если бы убрать у него эту странную девичью жеманность, было бы просто великолепно. Да. Было БЫ. Если бы не Московский Городской Педагогический Университет, или, как я его зову, университет амазонок. Я с Марком общалась редко, считая, что на его долю выпало и так слишком уж много девичьего внимания, которое не всегда действовало на молодых людей положительным образом.
Парочка девиц, сидевших посередине, чуть поодаль от Марка, вместе читали какое-то сообщение, пришедшее на мобильник одной из них. Это были наша староста Виктория Ким и ее одногруппница Кристина Федорова.
Вика была невысокая девушка, черноволосая и узкоглазая, по внешности ,вероятно, вьетнамка, хотя позже я узнала, что она родом из Дагестана. Она считалась у нас роковой женщиной, хотя нет, не то чтобы «считалась», скорее она себя открыто пропагандировала в таком свете. Это была довольно бойкая особа с претензией на оригинальность. Она всегда хотела казаться самой заметной, самой красивой и самой оригинальной. Когда я увидела ее в самый первый раз, мне показалось, что это должно быть, скромная девушка и весьма трудолюбивая. Вероятно, такое впечатление сложилось у меня потому, что в той школе, в которой я училась до поступления в университет, у меня была знакомая вьетнамка, с которой мы неплохо дружили. Это была умная девушка, хотя и очень скромная. Училась она хорошо, а мягкая улыбка, иногда появляющаяся у нее на лице, сразу же вызывала симпатию. В общем, я была расположена к Чьонг ( так ее звали) самым лучшим образом. К сожалению , она уехала во Вьетнам по окончанию школы и нам не суждено было больше встретиться. Когда я увидела Вику в первый раз ( она склонилась над партой и что-то высматривала у себя в тетради), мне сразу же очень захотелось с ней подружиться, так она напомнила мне Чьонг, но к сожалению я жестоко ошиблась, в чем убедилась на следующий же день.
Вика относилась к разряду тех людей, которые считают наглость не просто вторым, а первым счастьем. Загвоздка состояла лишь в том, что она, вероятно ,не понимала разницы между умеренной наглостью, которая не помешает умному человеку, и откровенным беспринципным хамством, которое отпугнет всякую интеллигентную личность. Вика хамила налево и направо, не стесняясь в выражениях, интонациях и жестах. Это было стилем ее общения. Она считала себя в высшей степени оригинальной, умной и сильной особой, хотя на самом деле была до пошлости банальна, глупа и уж точно лишена всякой силы. Она чем-то напоминала Гаврилу Ардалионовича Иволгина из «Идиота» Достоевского, вот только Ганечка был верхом ума и обходительности по сравнению с нашей Викой. Когда я зашла в кабинет, Вика кинула мне презрительный взгляд и собиралась ,кажется, что-то сказать, но передумала и снова уткнулась в свой мобильник. Я села за первый длинный стол и попыталась отвлечься от одногруппниц. На стене ,прямо над доской, висел плоский телевизор, по которому сейчас шло кино. Хоть я и села за первый стол, видела я все равно плохо и еле различала идущие внизу титры на английском.

@темы: рассказы, творчество

02:27 

Рассказзз)))Аффтар ничего не курил (честно)

Я гуляю по проспекту, мне не надо ничего - я надел свои очки и не вижу никого!
Рассказ по мотивам ролевки. Действующие лица : Сальваторе Саита, Элис и Николас Эшфорд.

читать дальше

@темы: Стёб, рассказы, ролевки

Зачарованный мир

главная